8 апреля в рамках Московского экономического форума (МЭФ) состоялась сессия «Что нельзя отдавать на откуп ИИ?».
Модератором выступил журналист, режиссер и создатель интернет-ресурса «Главред Борисенко» Дмитрий Борисенко.
В сессии приняли участие: журналист, востоковед, политолог Лана Бадван, советник Генерального директора ICS Consulting, член Научно-экспертного совета Института экономики РАН по проблемам управления Николай Григорьев, программист, автор IT-проектов Кирилл Попов, генеральный директор ООО «Типичная Москва», главный редактор сетевого издания «Типичная Москва», председатель Совета журналистов и медиаэкспертов России Игорь Сумин, ректор Высшей школы организации и управления здравоохранением, российский ученый, доктор медицинских наук Гузель Улумбекова, помощник заместителя председателя правительства Чеченской Республики, министра по национальной политике, внешним связям, печати и информации Абдул-Малик Усманов.
Участники обсудили влияние искусственного интеллекта на повседневную жизнь, поделились опытом его применения в разных сферах и попытались ответить на главные вопросы: какие функции критически важно оставлять за человеком и как найти разумный баланс между скоростью ИИ и ответственностью человека.
Открывая заседание, Дмитрий Борисенко назвал искусственный интеллект одним из самых революционных направлений современной науки и промышленности. Вчерашняя фантастика стала реальностью. Как человек, работающий в медиа, он уже не представляет своей жизни без нейросетей. Объём информации огромен и требует либо большого редакторского отдела, либо помощи ИИ.
Модератор отметил, что ИИ сегодня часто заменяет сотрудников, беря на себя сбор и обработку данных. Борисенко уверен, что такие задачи вполне можно доверять нейросетям. «И пусть центральный вопрос дискуссии — что нельзя отдавать на откуп нейросетям, — но сначала поговорим о том, что можно. Например, в программировании».
Первым поделился опытом программист, автор IT-проектов Кирилл Попов. Он активно использует нейросети в работе для повышения производительности. ИИ помогает ускорить разработку кода и поиск ошибок.
Многие думают, что для повышения производительности нужно больше работать, но это не так. ИИ предлагает более эффективный путь. Программист может решать одну задачу, пока нейросети изучают другую тему. К моменту реализации полный контекст уже у него в руках.
«Как разработчик, я чувствую, что нейросети ускорили мою работу в 2–3 раза. Раньше я не любил подписки и платные сервисы, брал только самое необходимое. Но сейчас я готов платить. Правда, качественных AI-продуктов пока вышло немного», — пояснил он.
Абдул-Малик Усманов заявил, что сейчас страна находится на переходе от цифровизации к интеллектуализации, где лидерство определяется скоростью внедрения ИИ, качеством решений и их конкурентоспособностью на глобальном рынке. Чтобы не опоздать, нужно действовать поступательно и рентабельно. Это критически важный момент для страны.
Спикер представил результаты научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, выполненных в Чеченской Республике совместно с технологическими вендорами. Эти разработки уже прошли практическую проверку и выводятся на рынок. Они обеспечат безопасность промышленных и стратегических объектов. Это 100% российские решения.
Самым интересным кейсом он назвал платформу для развертывания цифровых сотрудников. Она работает полностью в офлайн-режиме, данные не покидают защищенный периметр. Инструмент подходит для любых промышленных или государственных объектов, особенно для работы с секретной информацией.
Как применять ИИ в медицине, где цена ошибки — человеческая жизнь? Об этом рассказала Гузель Улумбекова. Мы уже не можем избежать влияния ИИ на здравоохранение. Пока польза и риски примерно равны, что требует от врачей высокой квалификации и критического мышления.
Полезные эффекты: снижение врачебных ошибок, экономия времени, частичная замена персонала, ускорение обучения и исследований. Риски: снижение критического мышления, ошибки в лечении, деградация ИИ-моделей. Чтобы их уменьшить, нужно срочно обучать врачей, ужесточить контроль, обеспечить долгосрочное финансирование и повысить престиж носителей новых знаний.
Сейчас быстро растёт число медицинских изделий с ИИ. В США их 1200, в Китае — около 400, в России — 54, и это число ежедневно увеличивается. Многие модели общедоступны, некоторые бесплатны. Триллионы долларов инвестируются в эту сферу.
80 % врачей в США используют генеративные модели для решения медицинских вопросов, из них ежедневно — 35 %. Чаще всего нейросети применяют для обработки данных, переводов, кодирования диагнозов и диагностики. 75 % врачей считают ответы правильными, но более 80 % беспокоятся об ошибках ИИ, конфиденциальности и потере собственных навыков.
Исследования 2026 года подтверждают высокую эффективность моделей в тестах. Они способны предсказывать болезни на 10–20 лет вперед, некоторые системы работают с 99 % точностью. Но есть и минусы. При использовании любой ИИ-модели, особенно для диагнозов, ошибки возможны. «Когда вы заходите в любую модель — российскую, зарубежную — и спрашиваете про свои диагнозы, она может ошибаться. Это минимум 30 % случаев», — пояснила Улумбекова.
ИИ изменит здравоохранение и наше поведение. Реальные перемены ожидаются через 3–5 лет. Количество врачей не уменьшится из-за старения населения и роста объема помощи. Готовиться нужно уже сейчас: учиться и понимать ИИ.
Лана Бадван говорила о роли ИИ в международных отношениях и военных конфликтах. AI-модели — мощный инструмент, который может служить разным целям. Хорошо, когда ИИ применяют в обучении и воспитании. Российская молодежь идет в первых рядах тех, кто использует ИИ именно так.
Но есть и другая сторона. В войне против Ирана, где широко используется ИИ, за один день произошло физическое устранение высших руководителей государства. Это вызывает тревогу. Нужны научные подходы, которые не допустят таких результатов. Мы хотим, чтобы ИИ работал на благо России. Это поможет сделать страну еще сильнее.
Николай Григорьев отметил, что ИИ может принести как пользу, так и вред. Все зависит от того, кто и как определяет «вред» и «пользу». Главное, что нельзя передавать ИИ, — это ответственность за решения. Все остальное ему передадут в любом случае.
Он обеспокоен утечками данных: до 80 % сотрудников нелегально используют AI-модели в работе, загружая туда личные и внутренние данные. Однажды сотрудник загрузил внутренний документ в открытую модель, и данные оказались в открытом доступе. Единственное решение — закрытый контур: покупка оборудования и запуск нейросетей внутри компании. Но даже тогда возможна «конфабуляция» — когда модель выдает ложные данные из-за неправильной работы с источниками.
«Нам нужно учиться эффективно пользоваться ИИ и коэволюционировать с ним. Но ответственность за последствия всегда должна оставаться за нами», — резюмировал он.
Игорь Сумин рассказал об использовании ИИ в журналистике под строгим контролем. AI-моделям можно доверять перевод, корректуру, редактирование, простые тексты, сбор данных, мониторинг, модерацию комментариев. Но нельзя доверять финальные решения. Кнопку «опубликовать» должен нажимать только человек. Это касается и идеологических смыслов, воспитания аудитории, проверки информации.
«Мой главный посыл: не надо так сильно доверять ИИ и привлекать его во все сферы. Используйте его как инструмент, как отвертку. Когда надо что-то закрутить — используем. Когда не надо — лежит в коробке с другими инструментами», — заключил он.
Участники сошлись во мнении, что искусственный интеллект уже изменил многие сферы деятельности и продолжит трансформировать их в ближайшие годы. Однако его применение требует осознанного и ответственного подхода, а финальное решение всегда должен принимать человек.
About Author
